Ответ: Добрый день, я считаю, что это не заслуженная похвала. Как говорят по-китайски: «гуоцзянлэ». Потому что я думаю, что есть гораздо больше людей, которые, возможно, живут более плотной и насыщенной жизнью в Китае, чем я. Я просто один из тех, кто долго живет и работает в Китае. В России говорят, что писателю нужно долго жить, чтобы прославиться. Просто у меня такой счастливый шанс, что я долго живу и работаю в Китае, и имею возможность говорить о России, о Китае с любовью. Мне в Китае очень нравится, я люблю Китай, и надеюсь, что Китай относится ко мне тоже хорошо. Можно сказать, что Китай стал моей второй родиной. Сейчас, когда я прожил в Китае уже 10 лет постоянно, и когда возвращаюсь в Москву, на родину, многие вещи мне кажутся непривычными. В Китае все привычно, все знакомо. Например, где купить что-то, цена. Я знаю, сколько стоит (в Китае), молоко, мясо, картошка, овощи, фрукты. Когда приезжаю в Москву, я теряюсь. Во-первых, там все намного дороже, во-вторых, цены очень большие, к сожалению. Жизнь в Китае сейчас для меня привычнее.

Вопрос: Бывает ли такой случай, когда в России вы хотите говорить по-китайски? С продавцом, например? 

Ответ: Иногда я мысленно говорю по-китайски. Иногда я хвалю кого-то, иногда ругаю. Вообще часто смешиваются два языка. Раньше я говорил по-английски больше в юности. В молодости у меня было два языка, русский и английский. Сейчас у меня китайский и русский. И китайский язык вытеснил английский из моей головы. Сейчас говорю только по-китайски и по-русски, на самом деле часто мешаются два языка. Вопрос: Когда вы поступали в университет, китайско-советские отношения переживали очень тяжелые времена. Почему вы все-таки выбрали китайский язык в качестве своей будущей специальности?

Ответ: Я думаю, что скорее всего китайский язык выбрал меня. Получилось все случайно. Я поступал в университет в институт стран Азии и Африки. То ли на арабский, то ли на японский. Это были самые популярные 2 языка тогда. Это был 72-й год. До этого произошло много событий, пограничные конфликты между нашими странами, было очень серьезно, очень тревожно. Отношения были напряженные. Конечно, меня интересовала такая страна, как Китай. Огромный Китай, загадочный, много читал книжек, смотрел фильмы. Между нами была стена. Сейчас Великая стена, она материальна, а тогда была жесткая стена, за которой мы знали, что в Китай никто не едет. Едут только дипломаты и маленькие делегации и все. Поэтому я поступал в университет, либо на арабский, либо на японский. Но судьба так распорядилась, и я очень благодарен, что в институте распределили языки не так, как мы хотели, а как нужно было институту. А институту нужны были тогда кадры для китайского языка. Набирали очень много групп. Не знаю, для чего. Может быть, для войны готовили, между Китаем и Россией. Другую причину я не вижу, почему так много набрали тогда на китайский язык. Когда мы учились, тоже было сложно. Потому что все преподаватели нам говорят, зачем учите китайский язык, когда отношения плохие. Одна была преподавательница, очень хорошая женщина, она английский язык преподавала. Она все время говорила, «учите лучше английский, зачем Вам китайский. Все равно в Китай вы не поедете. А с английским языком поедете куда-нибудь. в Индию на заводе поработать переводчиками». Но так вышло, что не я выбрал китайский язык, а китайский язык выбрал меня. Я думаю, что многие люди завидуют сейчас, потому что Китай, это страна настоящего и будущего. Про Японию уже все забыли. Раньше была Япония, да 70-ые годы. Магнитофоны, приемники, радиоэлектроника, модная страна. Сейчас все повернулось, все меняется. Я счастлив, что у меня такой шанс, что китайский язык, Китай выбрал меня, я пошел по этому пути, и иду по нему сейчас, с удовольствием.

Вопрос: После окончания университета, у Вас были очень престижные работы – работа в информационном агентстве, в научных учреждениях. Это по-моему считались очень хорошие работы в тогдашние годы. Почему вы решили уйти с этих работ и начать заняться именно газетой в Китае? Вы не расскажете нам, еще о процессе создания Вашей газеты «Шоу ди шоу» -- «Из рук в руки» в Китае?

Ответ: Я был журналистом. Работал в информационном агентстве ТАСС, Это 84-85 год, а потом работал в Москве в издательстве художественной литературы. Мы издавали китайские книги такого плана: поэзия, проза, издавали огромную библиотеку китайской литературы. Я был там редактором. Это была библиотека из серии книг китайской классики, китайской современности. Я очень горжусь, что я участвовал в этой работе. Я был редактором, и частично переводил, немного, например, я переводил стихотворения Ян Ваньли. Это поэт эпохи Сун. Благодаря тем, что я работал с замечательными профессиолами, как Ярославцев, Воскресенский, Семанов, прекрасными переводчиками и редакторами. Я занимался издательской работой, занимался учебными проектами, занимался мелким бизнесом. В конце концов, жизнь меня привела, не я выбирал, мне предложили делать газету такого рода, в Москве она называется «Из руки в руки», здесь она называется «Шоу ди шоу». Это проект очень сложный, потому что здесь много всего. Но для меня интересно. Потому что, одно дело, когда ты журналист, рассказываешь о ком-то. Вот ваша работа очень интересная. Вы журналистка, вы встречаетесь с массой людей, знаете много нового, вы постоянно рассказываете о ком-то, а хочется, чтобы рассказывали о тебе? Поэтому, когда что-то делаешь, сейчас я с удовольствием был бы и журналистом, и редактором, получая удовольствие от того, что я делаю. Потому что эта газета, то что мы делаем вместе, мы ее не издаем, мы сотрудничаем с газетой «Север Спиклер». Это плод большого труда многих людей, не один я делаю, очень много китайских сотрудников, китайских работников, в Пекине, в Шанхае, в Харбине. 10 лет мы в 3 городах предоставляем бесплатное информационное обслуживание народам, я очень этим горжусь. Знаете, в Москве в России эта газета очень известная, потому что она не продает воздух, потому что очень много реклам – это информационный бизнес. Есть люди, которые из воздуха делают деньги, они ничего не продают, ничего не покупают, а деньги как-то получаются. Мы же предоставляем услугу, хорошую услугу, реальную. Если у человека какой-то предмет, хочет его продавать, он дает объявление, мы публикуем. И он решает свой жизненный вопрос.

Ответ: Да. От частных лиц бесплатно. Это не благотворительность, это информационный сервис, это наша база. От частного лица, если Вы хотите что-то купить продавать, от Вас бесплатно. А если Вы занимаетесь бизнесом, 1 книгу свою хотите продать, для Вас бесплатно. Если у Вас сто таких книг, это уже бизнес, тогда уже с Вас берут деньги для обслуживания. На самом деле для простого человека, у которого мало денег, раньше такого не было. Я горжусь тем, что в Китае мы первые начали предоставлять такую услугу. Потому что раньше не было, частное лицо, если он хотел опубликовать объявление в газете, он должен платить деньги, и большие. Это очень хорошие дела. Мы внутри себя очень хорошо чувствуем, потому что «Шо Ди Шо» – это реальная такая вещь, когда ты гордишься тем, что ты делаешь. Я могу Вам рассказать маленькую историю, когда у нас был сотрудник итальянец, он ездил из Пекина в Москву, из Москвы в Пекин, и проходил таможню. Таможня у нас очень строгая в России, и к иностранцам относятся тоже очень строго. Он взял с собой 3 велосипеда для детей. Спросили, почему ты везешь 3 велосипеда, он сказал детям. Мы тебе не верим, кто ты вообще, что ты делаешь? Он говорил, что я советник газеты «Из рук в руки», -он говорит, «Сколько она стоит?» – «15 рублей». – «Правильно, проходи». Даже таможня уважает «Из рук в руки». Такое же отношение в Китае.

Ответ: Это было в 96-м году, ко мне обратилось руководство газеты «Из рук в руки» в Москве, и сказали, что мы хотим сотрудничать с Китаем. Главное было найти партнеров. На это у меня ушло 3 года. Ушло 3 года прежде, чем мы нашли партнеров. Были разные варианты, мы подписывали соглашения, протоколы о намерении. Тогда было очень популярно подписать протокол о намерении в 90-е годы. Но дело ничем не кончалось. Я уже почти отчаялся, потому что очень трудный проект. Во-первых, иностранцы не могут издавать ничего в Китае, это запрещается. Поэтому нужно найти форму сотрудничества. И пока мы нашли эту форму сотрудничества, нашли этих партнеров – замечательные партнеры из компании «Гао Дэн», они нам помогли, мы с ними стали это делать. В 99-м году, в декабре, вышел первый номер нашей газеты «Из рук в руки» («Шоу ди шоу»). В декабре этого года будет праздник 10 лет нашей газеты. У нас здесь в Пекине 150 сотрудников, в Харбине 40 человек и в Шанхае тоже 40 человек. В 3 городах мы предоставляем этот сервис. У нас очень большая интернет-компания, которая делает сайт «Шоу ди шоу». Мы развиваемся успешно. Я очень доволен тем, что мы делаем.

Ответ: У нас первая газета вышла только 8 страничек, очень тонкая, очень маленькая. Издавалась тиражом 10 тыс. экземпляров, сейчас у нас издается 400-500 тыс. экземпляров газет в 3 городах. В них много страниц, много полос – 72, 64, 56, огромное количество объявлений, мы ежегодно публикуем 12-15 млн. объявлений. То есть мы помогаем 12-15 млн. людей решить их жизненные вопросы. Это очень хорошо.

Ответ: Нет. Из иностранцев только один я в нашей компании. Потому что другие сотрудники (специалисты) приезжают и уезжают. Технические специалисты, специалисты по маркетингу. Они помогут и уедут.

Ответ: Конечно. Этот вопрос очень правильный, потому что все иностранцы, кто здесь работают, все сталкиваются с разницей двух культур, разницей даже в бытовом поведении, разница в манере ведения дел. Китайцы – это нация с большой культурной традицией, и нация, которая соблюдает церемонию (Ли)—принятые правила поведения, которые запрещают говорить о чем-то прямо. Ты не можешь говорить кому-то о неприятных вещах. Похвалить всегда, можно хвалить: как ты хорошо говоришь по-китайски, или как Вы хорошо работаете. Но сказать человеку неприятные вещи китайская традиция запрещает. Поэтому можно сказать намеками, косвенно, непрямо. С этим возникали большие проблемы. Например, мы проводим совещание в компании, обсуждается какой-то вопрос, каждый говорит. Очень мало критики, хотя я всегда говорю, давайте начнем с проблем. Потому что хорошая вещь, она может подождать, а проблема не должна ждать. Так получается, что совещание заканчивается, все сказали что-то, потом каждый начальник отдела приходит ко мне, и начинает критиковать: «Такое-то, вот это надо исправить, это надо сделать». – «Почему ты не сказал об этом на совещании»? – «Это не удобно, потому что другой человек может потерять лицо». Это большая проблема, она существовала, я думаю, что всегда будет существовать. Сейчас, когда мы уже долго работаем, уже я привык к этому, и мои китайские сотрудники привыкли уже. По по-прежнему, все-таки глубинная культура ставит какие-то барьеры, запреты, что нельзя что-то делать. В том числе и я приучаюсь. Раньше я, может быть, слишком был резок, слишком прямо, что-то говорил, критиковал. Сейчас я понимаю, что надо по-другому. Можно сказать, но нужно сказать помягче, чтобы не обидеть человека. Это разница двух культур. Это большой пример, а маленький пример – это бытовой. Например, многие русские не знают, что улыбка иногда – это признак смущения, или смех. Когда китаец смеется, это не всегда означает, что он рад, иногда это означает, что он смущен. Я сталкивался с этим, кому-то делаешь замечание, он начинается смущаться, и начинается смеяться. Ты удивляешься, что ты говоришь, что ты смеешься. Потом мне объяснили, что это признак смущения. Таких много вещей. Человек, который не знает и приезжает в Китай, не знает традиции и культуры, он часто попадает в неловки смешные, иногда просто глупые положения. Поэтому надо немножко интересоваться Китаем, надо, чтобы тебя кто-то вел в Китае. Многие тоже наши предприниматели считают, что мы все можем сами сделать. Конечно, это я Вам как китаист говорю, потому что мы китаисты важные люди, бизнесу не обойтись. Но на самом деле многие проблемы возникают на ровном месте, из-за того, что люди не понимают культурные различия между Китаем и Россией. Если бы не было большой подготовки в Московском университете на факультете стран Азии и Африки, не было бы последующей работы, самых разных: корреспондентом, журналистом, издателем, редактором, если бы я не изучал китайской культуры, традиции и истории, я бы не смог делать того, что я делал, то что я делаю. Конечно, это было не возможно. Я бы сделал слишком много ошибок. Жизнь моя делала разные повороты в профессии, мой папа, он уже умер, в царстве небесном, он всегда говорил: «Не забывай китайский язык». Потому что помните, были трудные времена, 90 годы в России, когда язык не мог прокормить, я был редактором в издательстве, но прокормиться нельзя было. Моя зарплата была 5-6 долларов в месяц – очень маленькая, приходилось заниматься самыми разными вещами. Но отец все время мне говорил, не забывай китайский язык, не забывай китайский язык. Я ему очень благодарен. Потому что китайский язык – это инструмент, который открывает дорогу, это ключ к успеху, это ключ к людям. Если знаешь несколько слов по-китайски, сразу к тебе по-другому относятся. Ты, во-первых, показываешь уважение к той стране, к тем людям. Конечно, мой совет всем, кто приезжает в Китай, учите хотя бы немножко китайский язык. Учите, учить язык очень важно. Китайский язык, на самом деле, не такой трудный, особенно говорить, писать очень трудно, говорить какие-то выражения можно очень быстро.

Ответ: Сейчас я пишу статью. В Москве выходит прекрасное издание. Это словарь-энциклопедия духовной культуры Китая. Делает под редакции Копьева. Он мой хороший товарищ, доктор наук. Уже вышло 4 тома, сейчас 5-ый и 6-ой. Энциклопедия духовной культуры включает и историю, и культуру письменную, и археологическое исследование, и литературу. Сейчас я готовлю туда статью про Пекинскую оперу, поскольку я в ней немножко разбираюсь. Это я стараюсь сделать. Еще мы сделали хор, если говорите культурные контакты. Наш хор называется «Из рук в руки», моя жена дирижер, и мы здесь 5 лет назад создали хор. И он участвует в конкурсе, проходит конкурс «Китайцы поют русские песни», мы уже заняли место из 15 лучших, скоро будет финал. Надеюсь, что наш хор будет петь русскую песню лучше всех.

Ответ: Я до сих пор помню это ощущение счастья. Потому что Пекинская олимпиада – это огромное событие для всего Китая, для всех, кто здесь живет и работает, и для всего мира это было большим праздником. Не просто быть здесь в Китае, а участвовать и получить право нести факел, немногие иностранцы удостоилось такого почета. И в том числе я. Мы бежали в городе Ланьчжоу, это на краю пустыни Гоби, на берегу реки Хуанхэ. Я бежал вдоль берега Хуанхэ с факелом, стояли тополя, дул ветер, горячий распрастроненный Гоби, люди, которые радостно приветствовали меня. Когда я взял этот факел, все было очень торжественно, сердце билось, было полное ощущение счастья. Т.е. солнце, Хуанхэ, яркие краски, музыка, я бежал с этим факелом, бежал немного – 50 метров, совсем короткий отрезок, но как я говорю, самые счастливые 50 метров в моей жизни. Потому что когда я бежал, я хотел обнять весь мир, весь мир был моим, он был маленьким, я хотел обнять. Все люди были друзья. Этот олимпийский факел нес тепло, тепло всего мира. Я был счастлив, что я здесь бегу, и все на меня смотрят, я счастлив, я всех люблю, и все любят меня. Вот такое было ощущение радости и счастья. Это было замечательно, до сих пор, когда я вспоминаю, я переживаю.

Ответ: Действительно к Китаю я отношусь особенно, это вторая моя родина, я так уже могу сказать честно. Все успехи Китая, и какие-то маленькие неуспехи, проблемы, я тоже очень переживаю очень сильно. Сейчас 60 лет Китая, круглая дата, конечно колоссальные успехи, огромные успехи. Первый раз я приехал в Китай в 84-м году. За эти 25 лет, я могу проследить, как развивался Китая, от того Китая, где масса населения была бедной, одежда была плохая, не было домов хороших, электричества, дорог, приезжаете сейчас в Китай, посмотрите, это современный город, это современные дороги, скоростные шасси, которым позавидует любой русский, россиянин. Колоссальные изменения, огромные. В 99-ом году мы начали издавать газеты «Из рук в руки» в Китае, и как раз когда прилетела моя жена, нам дали билет на Тяньаньмэнь, на парад. Так получилось, что она прилетела 30-ого или 1 октября, мы пошли на парад. Это был парад в честь 50-летия КНР. Тогда впервые прошли военные танки, самолеты летели, и мы сидели вместе, у меня есть фотографии. Это было 10 лет назад, сейчас тоже будет парад в честь 60-летия. Тогда мы сидели и были поражены. Такое было впечатление, 50-летие КНР, огромный праздник. Прошло 10 лет, прошла Олимпиада, Для меня очень интересно смотреть, Китай идет вперед, очень быстро, равномерно, и мы вместе с ним. Я очень рад за то, что сделано, очень много сделано. Китаю, я считаю, очень повезло с таким лидером, как Дэн Сяопин, который начал в 79-ом году реформы. Сейчас как раз 30 лет этих реформ, 60 лет КНР – 2 круглые даты, я думаю, что Китай покажет и показывает всему миру, что как можно работать хорошо, как можно для всего мира производить столько вещей, и столько делать хорошего и полезного, я думаю, что чем теснее будет Китай со всем миром общаться, тем будет лучше для всех. Я надеюсь, что 60-летие дает новый толчок развитию всех связей, культурных, с Россией, с другими странами. Этот год русского языка в Китае. Далее будет 70 лет, 80 лет, история не останавливается. Китайская история насчитывает 5000 лет, 60 лет в истории – это маленький период, но вобрал в себя очень много и много успехов. Таких успехов, я считаю, что никто не ожидал от Китая. Если 100 лет назад, он был отсталой страной, сейчас -- развивающаяся страна. И китайские руководители сказали, что мы еще в процессе развития. Но как говорится, дай Бог каждому так развиваться. Дай Бог, что у нас в России были созданы такие возможности для людей, чтобы они делали свой бизнес. В Китае условия для бизнеса очень хорошие, я думаю, что и дальше будет еще лучше.

Ответ: Мы соседи, наши границы будут добрые границы, хорошие границы. Мы всегда будем рады пожать друг другу руки, и сделать что-то вместе, потому что вместе хорошо, врозь плохо. Когда мы вместе, мы очень сильны, и Китай и Россия.