В 1999 году на месте деревенской свалки в тридцати километрах от Пекина силами нескольких художников-энтузиастов возникла галерея современного китайского искусства «Деревня художников» (Artist village gallery).

«Деревня хужожников» сегодня – это сообщество 800 художников, в числе которых и создатели галереи - Салли Лю и Янь Ю. Она, бывшая преподавательница вуза и журналистка, приветлива и говорлива. Он – молчалив и суров, курит и смотрит в сторону, словно не замечая, что мы беседуем с его супругой в окружении его же полотен.

За девять лет своего существования «Деревня художников» не только стала самой большой (700 квадратных метров выставочных помещений и 4 тысячи квадратных метров сада), но также одной из самых значительных галерей китайской столицы, знакомой ценителям современного искусства по всему миру. Ее гостями были не только работники местных дипломатических представительств, высокие представители зарубежных стран, руководители музеев и галеристы, но и съемочные группы из Англии, Бельгии, Германии, Италии, России, Франции и Сингапура.

Дорога снова была неблизкой: городок Сунчжуан к востоку от Пекина, деревня Жэньчжуан, долгий автобус и пыльная тропа по бедной деревушке, где обитателей скорее пугает, нежели удивляет мой цвет волос и глаз.

Я приехала к ним без спроса, не обратив внимания на просьбу предупреждать о своем визите, размещенную на сайте. Изрядно уставшая, пыльная и напуганная окружающей нищетой, я вошла в красивые имитирующие старинные ворота. Меня встретил красивый сад со множеством цветов, фруктовых деревьев и старинных каменных мукомолен. И никого... Удивилась и порадовалась тому, что в кои века путеводитель и любопытство привели меня в нелюдное место.

Я толком не успела осмотреться, как из красивого кирпичного дома вышла удивленная Салли. Вопросы о том, кто я и что меня привело. Формальный ответ о туризме и путеводителе. Она не довольна, но как хозяйка приветлива.

Большой дом – дом-галерея, где сидят три подружки и щебечут за чаем, лает собака, также не ждавшая гостей, хмурится супруг.

Меня проводили в огромную светлую комнату, так похожую на выставочные залы по всему миру – белые стены, деревянные потолки с металлическими лампами, странные картины на стенах и инсталляции на полу, коробки ещё не распакованных работ. Но эта галерея в Китае, а потому нашлось место и теннисному столу и статуям Мао, пусть и расписанным в стиле Энди Уорхола.

Я была там одна и что-то снимала в тот момент, когда появилась Салли, чтобы вернуть мне сдачу за входной билет, ведь искусство должно кормить тех, кто его представляет. Она возразила против съемки, и, видимо, от величины камеры, не смогла не спросить - кто я все-таки. Журналист. И тут все изменилось.

С ней и двумя ее приятельницами мы бродили по саду. Салли, как заправская дачница, хвасталась вишней, персиками, цветами и всем тем, что ей своими руками удалось вырастить на бывшей свалке. Ее супруг меланхолично покачивался в кресле-качалке, чьими-то умелыми руками превращенной в качели. Я увлеченно снимала, задавала вопросы и слушала женскую болтовню, часть которой была посвящена современному китайскому искусству, стоимости представленных работ, которая меряется десятками тысяч юаней, детям и общим знакомым.

Мы посмотрели еще один зал, расположенный во втором доме и меня пригласили на чай. Салли вернула мне деньги, потому что это искусство, о котором нужно говорить, а говорить громко может журналист, ставший из собственного любопытства посетителем выставки. Мы говорили об отношении к современному искусству в наших странах, о том интересе, который продолжает расти в России к Китаю в кругах, причастных к искусству современности, о том, что работы галеристов продаются в основном за рубеж, о том, что Китай все еще слишком озабочен приобретением материальных благ, чтобы тратить средства на предметы искусства.

Моя собеседница рассказывала о том, как все начиналось, что живут в этом огромном доме-выставке с садом они втроем с мужем-художником и ребенком. О том, что регулярно приезжают гости, что галерея выставляет работы во многих странах.

Я смотрела на эти предметы современного искусства и думала о том, что все-таки не до конца понимаю и могу принять их – зачастую надуманные и надрывные, нелепые или смешные – они более-менее одинаковы по всему миру, будь то Биенале современного искусства в Москве или «Деревня художников» под Пекином. Мне гораздо интереснее и приятнее было рассматривать дом, полный искусных мелочей – ваз, мебели, посуды и атмосферы, которая и была для меня искусством в тот момент.

Мы прощались как приятные и нужные друг другу знакомые. И я была рада, что оказалась там без спросу, окунувшись в повседневную настоящую жизнь одной пекинской галереи.-о-

Спецтема:

Китай моими глазами