Сегодня прошла положенное всем иностранцам медицинское освидетельствование. Мне нравится кокетничать с рядовыми работниками здесь. Это создает иллюзию свободного общения, владения языком, просто поднимает настроение. Поговорить с доктором о том, что страшно боюсь сдавать кровь, узнать, как устроен аппарат электрокардиограммы, удивиться, как непривычно для нас здесь делают флюорографию (пациент не должен раздеваться, он так и остается в одежде), лишний раз поспрашивать, куда мне идти теперь.

Особенно интересно было наблюдать за белыми мужчинами там. Разного вида и, видимо, национальностей, все важные, смотрящие поверх и мимо, при этом очевидно потерянные, но не признающиеся себе в этом. Каждый, со своей китаянкой-переводчицей, которая, в свою очередь, тоже чувствует себя очень важной персоной, потому что говорит по-английски и сопровождает иностранного гостя.

Этот день, думаю, и запомнится мне, как день, проведенный в окружении иностранцев. В милиции оказалось несметное количество людей. Не могу сказать, что большая часть – иностранцы, но, наверное, это так. Просто не все, не имеющие китайский паспорт, являются людьми не китайской национальности. Они могут быть японцами, американцами, кем угодно, но при этом прекрасно говорить по-китайски и быть китайцами, потому что либо они сами, либо их родители - эмигранты.

Вот и теперь в огромной очереди в ведомстве, занимающимся регистрацией иностранцев, со мной беседовал «японец», но истинный китаец при этом. Беседа началась с того, что он напомнил: «Вы входили позавчера в кабинет электрокардиограммы сразу после меня». Разве кто-то заговорит так с незнакомкой, кроме китайца? И после он рассказывал мне про компанию, где работает, про Японию и про себя. И, конечно, закончил тем, что им очень нужен русско-китайский переводчик. Разве это не по-китайски – в каждой беседе устанавливать деловой контакт и в каждом искать пользу для себя, дела и родины?

Район российского посольства. Мой новый Пекин: ресторан «Белые ночи» с русским меню, русскими людьми вокруг; кафе «Чашка чая», где русские хозяйки продают соотечественикам свежую традиционную русскую выпечку, торты, сметану, пельмени; магазинчик «У бабушки», уже китайский, но с русским творогом, хлебом, сыром. Я много слышала о нем, но никогда не была раньше. И вот теперь, в день моего двухнедельного пребывания здесь, я увидела, что это – жизнь у посольства. Именно здесь на входе в маленькую, китайскую, на первый взгляд, лавку, ты встречаешь множество русских коллег и знакомых, с которыми не виделся долго и, возможно, не повстречался бы еще какое-то время, если бы не было этого «русского центра» Пекина.

В течение прошлых лет и недавних двух недель, проведенных в Китае сейчас, я не знала, что здесь возможно встретить столько соотечественников за столь короткое время. Наверное, я просто знала другой Пекин когда-то. Теперь знаю и этот. В холодильнике – сметана и творог, в голове – мысли о том, из каких маленьких мирков состоит наш большой мир.

Я проехала немного на метро и потом неспешно шла домой. В Пекине ветер. Уже не кажется, что город стал чище – ветер несет пыль и песок. Ветер многое открывает, это лишь мы при встрече с ним пытаемся закрыть глаза. Улицы моего района привычно китайские, в основном здесь живут простые китайцы, лишь иногда можно увидеть иностранцев, проезжающих мимо на такси, – это мои соседи из более красивых и дорогих домов. Я снова в китайском мире, но продолжаю думать о том, что жить в посольстве и посольском районе, наверное, очень сложно, это слишком маленький и тесный мир. Наверное, поэтому, дипломат должен быть женат. И как же, наверное, сложно быть женой дипломата и существовать в этом маленьком, уютном, но все-таки очень тесном мире посольского района. В какой бы части света ни находился этот район.-о-

Спецтема:

Китай моими глазами